Главная / Публикации / Р. Эсколье. «Матисс»

Лавры Матиса и Марке

Приближается 1900 год. Париж превращается в гигантскую стройку. Улицы заполнены толпами забастовщиков. Еще немного — и Деруледу1 удался бы государственный переворот. В Лоншане в лице президента Республики Марианна получила пощечину.2

Женщины никогда еще не были так красивы. У них роскошные волосы, бедра, грудь — правда, иногда фальшивые; живот отсутствует, он запрещен модой. Огромные шляпы Больдини3 — целые клумбы; платья фасона «принцесса», плотно облегающие и подчеркивающие изгибы тела, юбки колоколом, канотье...

В Мулен-Руж отплясывают кадриль. Джейн Авриль-ла-Мелинит4 — взбивает пену своих нижних юбок. Вийет5 фланирует и, показывая на ляжки в кружевных панталонах, ухмыляясь, заявляет: «Мясо следует подавать с гарниром!»

Забастовка землекопов. Выстрелы кирасиров на площади Французского театра, где недавно сгорела юная прекрасная Анрио.6 Сто тысяч тружеников бросают работу. Кто снабжает кассы забастовщиков, Гамель7 или Гийом?8 Растерянное правительство пытается разгадать эту трудную загадку.

1900-и наступил. Так это и есть «прекрасное время»?

При всех этих забастовках выставка9 не могла бы состояться. Однако работа возобновляется. Продолжается строительство метро. Появляются первые пролеты моста Александра III через Сену, на берегу реки воздвигается интернациональный город. Гранд-Ру10 напоминает большие бипланы, куда в те времена, когда рождалась Эйфелева башня, с трудом вскарабкивались первые поклонники лечения высотой. Строится движущийся тротуар, доставивший немало неприятностей и чуть не погубивший в зародыше всю новую технику — железобетонные конструкции. Впрочем, так ли это уж важно? Зато мы ему обязаны маленьким шедевром Куртелина11 «Статья 330».

На развалинах Дворца промышленности возводятся два дворца: Большой (Гран Пале) и Малый (Пти Пале).12 Мирбо13 осыпает их градом насмешек, однако воскресная толпа от них в восторге. Внутри Гран Пале под огромной, только что установленной стеклянной крышей копошится масса рабочих. Несметное число штукатуров, занимающихся отделкой стен, и орнамента-листов, создающих изобилие фестонов и астрагалей.

На Бют-Шомон14 примостились мастерские Жамбона,15 театрального художника, превозносимого до небес Педро Гайаром16 и Эдуардом Детайем;17 там работали бригады мазил, рисовавших километры лавровых листьев для украшения фризов в выставочных залах Гран Пале.

Двое таких горе-художников работали без всякого энтузиазма, как если бы они дробили камни на дороге; их товарищи, как повелось исстари, работая, распевали во все горло бывший в ту пору в моде припев: «Любовь проходит»... или «Sobre las olas», а они хранили молчание.

Бесконечные гирлянды лавровых листьев не приносили им никакого удовлетворения. Один из них — невысокого роста, приземистый, в холщовой блузе, с физиономией заправского балагура. Его товарищ — здоровяк, весь заросший волосами. Его легко представить в качестве чемпиона-велосипедиста, приносящего славу цветам своей майки. Невысокий смотрит на часы и, посмеиваясь, говорит: «Ну, ну, старина, мужайся! Еще семнадцать раз по четверти часа. За франк в час при девяти часах работы в день, можно ли желать лучшего?»

Затея принадлежала Альберу Марке. Это он решил подыскать какую-нибудь работу для себя и Матисса, чтобы как-то поправить денежные дела. Это он раздобыл, пользуясь справочником Боттена, адреса лучших декоративных мастерских. И это по его инициативе они с Матиссом «завербовались» на работу к Жамбону.

Внезапно высокий поворачивается и резким раздраженным голосом произносит: «Заткнись, Альбер, или я тебя убью!»

Вечером, разбитые усталостью, Альбер Марке и Анри Матисс, получивший от друзей прозвище «доктор» за свою серьезность и важный вид, покидают мастерскую. Нет ничего более изнурительного, чем труд поденщиков, принужденных работать непрерывно, не разгибая спины и не поднимая головы. Когда они возвращаются домой, все тело кажется разбитым, ноги дрожат.

В 1941 году Анри Матисс рассказывал об этом времени Франсису Карко: «Что за ремесло! Я впервые столкнулся с работой, доводящей до полного исступления. Самые расторопные из наших товарищей, получив премию к жалованью, увольнялись через две недели. Среди них были официанты из кафе, разносчики товаров, целая бригада "халтурщиков", с которых патрон не спускал глаз. К сожалению, моя физиономия патрону явно не нравилась. Однажды, когда я решил немного отдышаться, он меня окликнул: "Послушайте, доктор! Вы что, веселиться сюда явились?" Мне так все осточертело, что я тут же возразил: "Ну, здесь не очень-то повеселишься!" Реакция на мой ответ не заставила себя ждать. Хоп! Расчет, и за дверь. Снова нужно искать работу».

Альбер Марке живет на улице Монж в ожидании переселения на набережную де ла Турнель, Анри Матисс снимает комнату на набережной Сен-Мишель, 19, в старом квартале де ла Паршминри, где его фламандские предки украшали пергаментные рукописи миниатюрами и при Карле V положили начало знаменитой «Парижской школе».

Его ждут красивая молодая женщина и прелестный ребенок. Перед весьма скромным ужином Анри Матисс облокачивается на подоконник с трубкой в зубах, и его взгляд задумчиво скользит от собора Парижской богоматери к Сен-Шапель.

Так, полвека тому назад, на соседнем острове, на набережной Анжу, другой курильщик трубки в те же часы, после ежедневной работы «в упряжке», наслаждался покоем, следя за плавным течением мерцающей реки. И он, великий Домье, также изнуренный поденщиной, мечтал только о живописи.

Сена, дорогая сердцу Юлиана18 и Наполеона, не только триумфальный путь и не только последнее убежище для потерявших надежду. Она служила неиссякаемым источником вдохновения Виктору Гюго в его «Заходах солнца», Бодлеру в «Приглашении к путешествию», и, еще ближе к нам, Аполлинеру... А как многим ей обязаны наши лучшие художники от Коро до Домье, от Клода Моне до Анри Матисса!

Хотя ужин и был скуден, живописец лавровых листьев чувствует, как к нему возвращаются силы... Бьют часы. Матисс торопливо надевает фетровую шляпу и спускается по лестнице.

Внизу, на улице Этьена Марселя, в коммунальной школе, над которой возвышается башня Иоанна Бесстрашного, парижский муниципалитет организовал вечерние курсы ленки. Самым прилежным из всех был этот тридцатилетний ученик. Глина дает чисто физическое наслаждение тому, кто прикасается к ней вдохновенными руками. Он пытался ощутить порыв созидающего вдохновения, воссоздавая восхитительную группу Бари «Ягуар, пожирающий зайца»,19 выбранную им самим. Он изучал ее в течение двух лет на вечерних курсах, где «проникался страстью дикого зверя, выраженной в ритме масс».20

Так вечерами, после тяжелого рабочего дня, в обществе диких зверей и гения отдыхал подмастерье Жамбона.

Примечания

1. Дерулед Поль (1846—1914) — французский политический деятель, поэт и драматург. В 1899 году во время похорон президента Франции Феликса Фора подстрекал к антиреспубликанскому перевороту.

2. Со смертью Феликса Фора оживилась католико-роялистская реакция. В июле 1899 года новый президент республики Эмиль Лубе подвергся оскорблениям на скачках в Отее, а не в Лоншане, когда аристократическая молодежь устроила ему обструкцию, а барон де Кристиани нанес удар стеком.

3. Больдини Джованни (1842—1931) — итальянский художник, долгое время работавший в Париже, видный представитель салонной портретной живописи. Эффектно и размашисто писал дамские туалеты.

4. Авриль Джейн — танцовщица в Мулен-Руж, которую неоднократно изображал Тулуз-Лотрек, Мелинит — сильно действующие взрывчатое вещество — прозвище Джейн Авриль.

5. Вийет Адольф (1857—1926) — французский живописец и рисовальщик.

6. Анрио Джейн (1878—1900) — актриса Французского театра (так тогда называли Комеди Франсез), погибла во время пожара в этом театре 8 марта 1900 года.

7. Гамель — намек на военную верхушку (франц. gamelle — общий стол офицеров на судне).

8. Гийом — прозвище герцога Орлеанского Филиппа, претендента на французский трон, которого, так же как германского императора Вильгельма, обвиняли в том, что для создания беспорядков он поддерживает забастовщиков.

9. Имеется в виду Всемирная выставка 1900 года.

10. Гранд-Ру, то есть «Большое колесо» — гигантский аттракцион на авеню де Сюфрен, позднее разрушенный, предшественник так наз. «чертовых колес» в парках современных больших городов.

11. Куртелин Жорж (настоящая фамилия Муано; 1858—1929) — французский писатель.

12. Гран Пале и Пти Пале, разделенные авеню Черчилль, строились для Всемирной выставки 1900 года в стиле, подражающем барокко. Гран Пале в настоящее время используется для различных выставок, главным образом художественных, в Пти Пале размещен Музей искусств города Парижа.

13. Мирбо Октав (1848—1917) — французский писатель и художественный критик.

14. Бют-Шомон — парк в возвышенной правобережной части Парижа.

15. Жамбон Марсель (1848—1908) — французский живописец, выполнивший ряд декоративных росписей в различных парижских зданиях (Комеди Франсез, Комическая опера, Гранд Опера и др.).

16. Гайар Педро — французский живописец, певец, а также директор парижской Гранд Опера.

17. Детай Эдуард (1848—1912) — французский живописец-академист, автор многочисленных батальных и исторических полотен, отличающихся мелочной манерой исполнения.

18. Юлиан — римский император (361—363), прозванный христианами Отступником за возврат к язычеству. В Париже (древней Лютеции) он и был провозглашен императором.

19. Бари Антуан Луи (1796—1875) — французский скульптор-романтик, изображавший преимущественно животных. Скульптура Матисса по группе Бари была исполнена в 1899—1901 годах.

20. Эти слова были сказаны Матиссом. Мы видим, что слово «дикий» У него появляется в 1900 г.

 
 
Главная Новости Обратная связь Книга гостей Ресурсы